НОРМА - Забытый плен, или роман с тенью(26)
 
Забытый плен, или роман с тенью(26)

Т. Лучина


"Бойся своих желаний, ибо они исполняются"
Мудрость древних греков


Продолжение

Глава 13
...Похороны были скромными. В траурном зале крематория шаблонную скорбную речь на полторы минуты слушали трое: знакомый усопшей, молодая соседка и консьержка, с которой покойница частенько обсуждала политику и сериалы.
- Как Илья Ильич? - спросил у соседки знакомый, спускаясь по ступенькам серого здания, похожего на кривой спичечный коробок. - Ему лучше?
Бедный вдовец лежал дома с сердечным приступом, категорически отказываясь от больницы. Было понятно, что в одиночку на этом свете он не задержится.
- С ним моя подруга. Она не врач, но дать лекарство и измерить давление сможет. Кстати, Илья Ильич просил передать, что был бы рад видеть вас на поминках. Так вышло, что ему больше не с кем разделить свое горе. Елизавета Игнатьевна, к сожалению, должна быть дома. - Сдержанный тон не выдавал эмоций, темные очки скрывали глаза.
- Да-да, - вставила поспешно консьержка, - мне надо внука забрать из продленки и посидеть с ним до прихода дочери. А сейчас, извините, побежала, боюсь, на автобус опоздаю.
- Я подвезу вас до метро, - предложили одновременно два голоса.
- Нет-нет, что вы! Спасибо, у вас и без меня сегодня полно дел.
- У Розы Львовны не было родных? - спросила Мария, глядя вслед старушке, спешившей к автобусной остановке.
- Иногда родные даже на похоронах не встречаются.
- Понятно. Так вы едете или нет?
- К сожалению, у меня важные переговоры, которые никак нельзя отменить. Но после я обязательно приеду. Обязательно!
Она молча кивнула и направилась к машине.
- Постойте, Маша!
- Вы хотите сказать, что передумали?
- Нет, я хочу извиниться за свое хамство по телефону.
- Кладбище, конечно, не место для выяснения отношений, но считайте, что извинения приняты. Я передам, что задержитесь, - и пошагала, не оглядываясь, вперед.
...Спустя девять часов из пропитанной горем квартиры шагнул на площадку едва живой от усталости человек. Ткнулся носом в соседнюю дверь, поднял руку к звонку, задумался, опустил, потоптался, потом, как с трамплина - в воду, нырнул в кнопку и застыл у чужого порога.
- Кто там?
- Лебедев, - щелкнул замок, дверь распахнулась. - Вам нужна еще моя помощь?

* * *

Мария Корелли впервые была в тупике. Не то чтобы совсем потеряла голову или не знала, как с собой поступить, но ее хваленая воля и здравый смысл рассорились с чувствами. Это становилось до неприличия откровенным и требовало перемен.

Она подошла к окну. Пара ночных фонарей высвечивала пустую дворовую площадку с песочницей, качелями, мокрыми от дождя скамьями. У ограды детского сада о чем-то шептался с ветром лысеющий клен, мужчина в джинсовой куртке и белой шляпе важно вышагивал с потешным кокером в кепке - каждый жил сам по себе, и все вместе составляло гармонию, словно сотканную из ожиданий. Детская площадка ждала ребятишек, ветер - очередного дождя, дерево - зимней спячки, человек с собакой - тепла и уюта. А она бестолково таращилась в незашторенное окно и прощалась с душевным покоем. Впрочем, к таким расставаниям Марии было не привыкать. Хозяйка прошлепала в кухню, заварила чаек, подумав, плеснула в чашку алтайский бальзам, вернулась в гостиную и принялась, глоток за глотком, осмысливать собственное житье-бытье за последние годы.

Пять лет назад, после провала попытки построить крепкую семью в зарубежье экс-сеньора Корелли возвратилась домой, в Москву. Римская жизнь, от какой на первых порах приходила в восторг молодая москвичка, счастья не принесла. Мария совершила ошибку, выбрав в мужья не мужчину - mix из скупости, спеси и чванливой уверенности в превосходстве над русской женой. Итогом почти восьмилетнего симбиоза стало обратное превращение итальянки в россиянку, которой пришлось начинать все с нуля. Она и начала, не сомневаясь в одном: удача не терпит нытья. Возвращенка вскакивала под будильник, считала копейки, экономила, трубила на совесть в хламовой лавке с гордым названием "Ясон", тряслась в переполненном транспорте, выбросив из головы "Ferrary", в котором раскатывала прежде по Риму, сатанела от московских "прелестей" бытия, но не вешала нос. А потом случайно побывала в гостях у немолодого чудака, предложившего в шутку пробежаться по судьбе его сына - амбициозного политика с большими планами и мельчавшей душой. "Пробежка" закончилась примирением потомка с отцом и подтолкнула "бегунью" к мысли о собственном бизнесе. На первый взгляд мысль показалась абсурдной. Продавать чувства - то, что никогда не считалось товаром, да еще брать за это немалые деньги, - на такое решился бы разве безумец. Однако легкость первой удачи, неслыханный по щедрости неожиданный гонорар, искушение влиять на чужую судьбу заставили плюнуть на здравый смысл да рискнуть. Риск на удивление оправдался: к новоявленной бизнес-леди потянулись клиенты. Имея все что душе угодно, эти бедняги незаметно утратили главное - саму душу. То есть когда-то она, конечно, имелась: пела, страдала, металась, но со временем сгинула, оставив только смутную память о прежних страстях. Время шло, и с его безразличным ходом нарастала потребность вновь испытать хотя бы одно из чувств, без которых жизнь пресна, как диета язвенника-миллионера: все возможно, но ничего нельзя. Когда потребность ожить подступала к горлу, не давая дышать, на помощь приходила Мария. И тогда начиналась игра, где все происходило всерьез. Не игра - удар током в сердечную мышцу, какой получает больной в состоянии клинической смерти. Оживали по-разному, но, как правило, каждый. Так среди прочих ввязался в "игру" и Лебедев Андрей Ильич, владелец солидного бизнеса, прагматик, сухарь, грубиян - неприкаянный одиночка с гипертрофированным чувством вины.

Поначалу все шло как обычно. Заявка, предоплата, сбор информации и анализ, просчет всех ходов предстоящей игры - отклонение недопустимо. Сбой произошел в самолете, когда на голову "случайному" соседу свалился "нечаянно" плюшевый лис. На безобидную игрушку в ужасе уставился не мужчина - напуганный до смерти мальчик, наяву столкнувшийся с монстром из ночного кошмара. Недотепу-попутчицу поразили глаза: так мог бы смотреть ребенок или собака, но не делец, умевший давить конкурентов, как тараканов. Ее вдруг пронзила жалость - это был первый звонок, легкомысленно пропущенный мимо ушей. Затем случилась еще накладка - непредвиденная болезнь. Грипп выявил в новом клиенте черты, какие особенно ценила Мария: искренность и бескорыстие. Он так непритворно заботился о никому не нужной провинциалке, так трогательно лечил бестолковую, болтливую особь, смахивающую на огородное пугало, старательно пичкал недосоленной кашей, поил переслащенным чаем, что больная, еще не придя в себя, забеспокоилась не на шутку. Она просчитала все. Мгновенный отклик Егорина встретиться, его согласие принять участие в деле, затеянном ради душевного спокойствия друга, интерес "Оле-фармы" к новому перспективному препарату, желание безденежного актера хорошо заработать, вычислила даже дедка с его живительным эликсиром, - предусмотрела все. Кроме одного: собственной реакции на человека, отличного от тех, кого подталкивала прежде к носу судьба.

Эгоистичных мужей, самовлюбленных любовников, убогих начальников, пресыщенных, ущербных клиентов - ни Богу свечек, ни черту кочерег. Они все как один мнили себя крупными величинами, а на деле оказывались не больше мушиной головки. Она вспомнила вдруг Вадима Стернова - умного, яркого, смелого, кто не шарахался поражений и иронизировал над своими победами. Жаль, что у этой умницы не хватило ума разглядеть в конкурентах бандитов. Лебедев был другим: в нем словно жили двое, и один противоречил другому. Он мог хамить и казниться одновременно, знать многое и о многом умалчивать, невозмутимо терять живых и цепляться за мертвых, быть беспринципным и щепетильным, переть напролом и осматриваться осторожно, избегать чужого внимания и неизменно вызывать любопытство. Но главное - он хотел казаться хуже, чем есть. Было ли это попыткой маскировать страх перед возможностью новой душевной боли или нежеланием прилепиться к другой судьбе, неуверенностью в собственном будущем, Мария пока не знала. Но интуиция упрямо твердила: беги. Вот только не было рядом бабки-цыганки, которая нагадала бы внучке, куда бежать: от этого человека или к нему...
Засыпала Мария с подозрением, что определить вектор движения ей будет не просто.

Глава 14


- Мария Николаевна Бодун родилась десятого октября семьдесят второго года, место рождения - город Москва. Образование высшее, специальность...
- Послушай, - перебил Лебедев, - мы с тобой не анкету заполняем. Нельзя ли изъясняться по-человечески? И потом, если мне не изменяет память, ты об этом уже, кажется, когда-то меня информировал.
- На то и память, чтобы не только помнить, но и вспоминать. Продолжать?
- Только без философии.
- Закончила искфак МГУ.
- Это что?
- Факультет искусствоведения. Работала в Пушкинском музее, подрабатывала гидом-переводчиком. Отзывы сослуживцев - самые лучшие. - Андрей Ильич недовольно поморщился. Голкин вздохнул, полюбовался носком своего ботинка, достал из кармана носовой платок, звучно высморкался. - Родители?
- Коротко.
- Мать - хирург-косметолог. Отец тренировал жокеев на Центральном ипподроме. Оба погибли в девяносто третьем.
- Как?
- Пьянь наехала на перекрестке.
- Дальше.
- Была трижды замужем. - Василий вопросительно посмотрел на шефа, тот невозмутимо молчал. Белобрысый докладчик перевел взгляд на потолок и сообщил сияющим лампочкам: - Первый раз выскочила за бывшего одноклассника совсем девчонкой, почти сразу после школы. Второй - за преподавателя, когда училась в университете. Третий муж - итальянец, юрист, с ним она прожила дольше всех, почти восемь лет.
- Где?
- В Риме.
- Что еще?
- Самое интересное. В две тысячи первом вернулась в Москву и устроилась экспертом в антикварный магазин. Проработала недолго. Из "Ясона" ушла на вольные хлеба.
- Откуда?
- Так называлась эта лавка, я об этом вам раньше докладывал, помните? Кстати, после ухода эксперта антиквар прогорел. Магазинчик прикрыли, народ разбежался. Теперь там салон "Чаровница", хрен редьки не слаще, - ухмыльнулся помощник и снова прочистил нос. - А знаете, Андрей Ильич, кто был коллегой сеньоры Корелли и даже с ней дружил?
- Корелли?
- Она оставила фамилию итальянца. И, по-моему, правильно сделала, - одобрил чапаевский тезка, - звучит красиво, правда?
- Не отвлекайся.
Василий Иванович обиженно шмыгнул носом.
- Эксперту очень симпатизировал продавец, отец депутата Козела. - Невыразительный взгляд оторвался от потолка, скользнул по начальственному столу и застыл на ботинке. - Говорят, они даже дружили.
- И что?
- Старик мечтал о хорошей невестке.
- Ты собирал информацию или сплетни?
- Чтобы добыть крупицу золота, приходится промывать много породы. Извините, Андрей Ильич, но не могли бы вы сначала дослушать, а уже потом делать какие-то выводы? - и с достоинством провел платком под покрасневшим носом.

Верный Голкин, похоже, за несколько дней узнал столько, на что другому не хватило бы и нескольких месяцев. Какой ценой дались эти знания, можно только догадываться. Воспаленные от недосыпа глаза, ввалившиеся щеки, хрипловатый голос и насморк говорили о многом. Василий наверняка мало спал, перекусывал на ходу да еще, кажется, здорово простудился. И все для того, чтобы потрафить капризам шефа. Не из угодливости (северянин этим качеством не обладал ни на йоту), но из искреннего уважения и желания помочь запутавшемуся мужику. В Лебедеве шевельнулась совесть.
- Ты прав, больше перебивать не буду. Слушаю тебя очень внимательно. Итак?
Василий Иванович основательно поработал с платком и, переместившись, наконец, взглядом на шефа, прогундосил:
- Помните того бедолагу с пробитой головой?
- Кого?
- Моего соседа по палате. Ну, когда у нас неувязка с Аркадием вышла, и я загремел на больничную койку, припоминаете?
Конечно, он помнил. Еще бы забыть то чужое молчаливое безразличие в ответ на его "Добрый день!", собственное ожидание на лестничной площадке и любопытные взгляды прошмыгавших мимо медсестер.
- И что?
- Это был ее бойфренд, как теперь говорят, Вадим Стернов, известный ресторатор. - Василий привычно поднес к носу платок, через паузу уточнил: - Правда, на тот момент они уже не общались.
- Тогда какого черта она торчала в палате?
- А кто ж этих баб разберет? - философски заметил Голкин. - Не знаю, может, из жалости навещала. Да вы, наверное, слышали об этом деле, - оживился сыщик. - Фамилия Стернов - почти что бренд. У этого деятеля была целая ресторанная сеть: три - в Москве, два - в Питере, вроде в Сочи еще собирался открыть. Оформление, обслуга, кухня - все по высшему разряду. Я как-то заглядывал в "Ледяной дом" на Остоженке, мне понравилось. В свое время на мужика наезжали подольские, хотели влезть в его бизнес. Потом как будто приутихли, видно, договорились - в общем, обычная история. Но пару лет назад у бедняги опять возникли проблемы. Подольская шелупонь приглядела ресторанчик на Беговой, недалеко от ипподрома. Вы не были там, Андрей Ильич?
- Нет.
- До сих пор без предварительного заказа туда вечером попасть очень трудно. Таких пельменей я даже в Майске не ел, а у нас их умеют лепить, как нигде, уж вы поверьте.
- Меня не интересует ресторанный бизнес, и я не люблю вареное тесто с мясом.
- Подольские собирались влезть в долю, - невозмутимо продолжал Василий, - а когда договориться не получилось, проломили ресторатору голову, как и мне. Только я оказался удачливее, выжил. Видно, мой калган выдубили морозы, - ухмыльнулся северянин, - никакая гниль не берет.
- Это все?
Голкин равнодушно пожал плечами.
- Еще встречался с депутатом Козелом. Как я к нему просочился, лучше не спрашивайте, да и к делу это, честно говоря, не относится. Но этот тип, когда понял, о ком идет речь, чуть в штаны не наложил со страху, чем очень удивил, между прочим. А потом проблеял что-то невразумительное, вроде: видел однажды в антикварном салоне, где работал отец, и все. Облизнулся жалом, как кобра на мышь, нажал кнопку вызова, и тут же меня подхватили под белы руки его холуи да вывели из барского кабинета. - Голкин сдул невидимую пылинку с лацкана своего пиджака. - Хорошо, только вывели, а не выбили зубы. От наших избранников можно всего ожидать, - усмехнулся избиратель, потрогал указательным пальцем разбухший от соплей нос и небрежно добавил: - Но кое в чем этот Козел мне пригодился. - Выудил из нагрудного кармана визитку с прикрепленным к ней скрепкой листком и положил на край стола. При этом вид у него был триумфатора Цезаря, перешедшего Рубикон.

- Что это?
- Визитная карточка.
- А это? - Лебедев отцепил бумажку с названием улицы, номером дома и квартиры. Вопрос являлся риторическим. "Андрюшенька", проводивший совсем недавно в последний путь Розу Львовну, прекрасно помнил адрес Олевских. Только номер квартиры на голкинской писульке был другим.
- Адрес. Честно говоря, он уже у меня был, но я не привык доверять одному источнику. - Голкин вдруг часто задышал, затем прикрыл глаза и чихнул. Андрею Ильичу показалось, что под ним зашатался стул.
- Будь здоров.
В ответ прогремел чиховый залп, гриппозник потряс носовым платком, словно флагом завоевателя, - победно и жадно.
- Это адреш, - прошепелявил в мятые клетки Василий, торжественно протрубил соплями и закончил: - адрес Марии Корелли.
- Депутат сам тебе вручил визитную карточку? - В ответ чапаевский тезка, грустно вздохнув, по привычке уставился в потолок. Лебедев понял, что тут не обошлось без ловкости Васькиных рук. - Зачем мне визитка? Я и без твоей воровской помощи знаю его координаты.
- Не пойман - не вор.
- Ты лучше скажи, законник, как адрес добыл?
- Адрес точный, проверить легко, - уклонился тот от ответа.
- Спасибо, Василий Иванович, только в проверке нет нужды. Адрес действительно верный.
- Откуда вы знаете? - озадачился чапаевский тезка.
- На удачу, дорогой, монополии нет. А сейчас иди-ка ты лучше домой да как следует полечись. Нечего тут вирусы разносить.
- У меня не грипп, - вяло возразил помощник и чихнул в носовой платок.
- Все, - строго указал на дверь Лебедев, - хватит с нас одного больного. Всего доброго, Василий Иванович. Говорят, в таких случаях помогают чай с малиной и сон.
Голкин поднялся со стула, нерешительно потоптался.
- Андрей Ильич, я женюсь.
- Поздравляю! Тем более надо быть в форме, молодые жены дохляков не любят. Впрочем, у тебя теперь будет свой медик, так что никакие болезни не страшны. Ее ведь, кажется, Тамарой зовут? - вспомнил Андрей Ильич маленькую медичку, заботливо коловшую Васькин зад.
- А вам-то откуда известно?! - изумился жених. Затем виновато вздохнул и добавил: - Поговорить надо, Андрей Ильич. Я собираюсь вернуться в Майск.
- Что ты будешь там делать? В носу ковыряться, наблюдая, как бабы мужикам рога наставляют?
Василий подумал о неожиданно вспыхнувшей страсти к бумагомаранию и исписанных страницах, спрятанных в одном из ящиков письменного стола.
- Жизнь покажет.
- И слышать ничего не хочу! Выздоровеешь - поговорим, но предупреждаю: буду тебя отговаривать. А сейчас топай домой, лечись, ясно?
Помощник послушно кивнул и поплелся к двери, хрюкая в носовой платок.

Президент "Оле-фармы" подтянул "паркером" оставленный помощником белый листок, бездумно уставился на черные буквы с цифрами. Почерк у Василия был безукоризненным: четким, каллиграфическим, как раньше говорили. Андрей Ильич усмехнулся, лениво почеркал бумагу. Несколько ломаных линий, пара овалов, кружочки, заштрихованные уголки - вышел забавный дуэт. Если внимательно присмотреться, можно в этой пародии на рисунок разглядеть двоих: ангела с чертом. "Художник" досадливо скомкал "творение", бросил в корзину для использованных бумаг. Если б можно так выбросить мысли, жизнь стала бы много проще, спокойнее, тише. Как кладбище с крестами, которые только в бреду можно считать за плюсы. Лебедев подошел к окну. Мокро, темно, уныло. Судорожно подмигивает неоновая реклама, в ночной клуб напротив тянутся первые лоботрясы, у подъезда соседнего офиса курит охранник - какой-то компот из непогоды, безделья и жалких попыток уподобиться европейской столице. Внезапно раздался осторожный стук, в дверную щель заглянула секретарь.


Продолжение следует

Дата публикации : 02-04-2014 (Просмотров статьи : 349)
Статью опубликовал : admin



Вернуться
Ваше имя:
Вашь e-mail:

Very Happy Smile Sad Surprised
Shocked Confused Cool Laughing
Mad Razz Embarassed Crying or Very sad
Evil or Very Mad Twisted Evil Rolling Eyes Wink
Exclamation Question Idea Arrow

Запомнить

партнеры...


меню...
Новости
Калейдоскоп
Киноафиша
Гороскоп
Объявления
Кроссворды
Телепрограмма
Опросы...
Какой рассказ вам больше понравился

КАМЕНЬ ПРЕТКНОВЕНИЯ
"Давным-давно"
БЫВШАЯ СОЛИСТКА ЧЕБОКСАРОВА
Любить замужнюю
Кружево
ИНТУИЦИЯ - ПРОРЫВ В ПАРАЛЛЕЛЬНЫЙ МИР!
АВАНТЮРИСТКА
НАЙТИ И ОБЕЗВРЕДИТЬ
НЕ ПРОСИ ВЕЧНОЙ ЛЮБВИ
Новогодняя история
Ax, кабы на цветы - да не морозы...(Ольга Карагач)
Испытание верностью
Забытый плен, или роман с тенью
ИЮЛЬСКИЕ РОСЫ
БУКЕТ РОЗ



Результаты

Ответов 32

Яндекс.Погода

Курсы НБУ на сегодня

Яндекс.Метрика